сказка - совет этого часа

ожерелье. Волшебное. Не бойся, денег не возьму, — сказал, доставая из-за пазухи что-то похожее на разноцветные бусы.

В Ленинградском зоопарке, в террариуме под скромной табличкой «Черная шипохвостая игуана», жило самое философское, а заодно и самое обидчивое существо на планете. Звали его просто — Артур. Работники зоопарка, люди практичные, особо не мудрствовали при выборе имени. Артур был не просто ящерицей.

В Ленинградском зоопарке, в террариуме под скромной табличкой «Черная шипохвостая игуана», жило самое философское, а заодно и самое обидчивое существо на планете. Звали его просто — Артур. Работники зоопарка, люди практичные, особо не мудрствовали при выборе имени. Артур был не просто ящерицей.

Если бы у Василия Степановича Чудакова спросили, является ли он учёным, то он, выпятив грудь и поправив свой яркий галстук, однозначно ответил бы: — Я не просто учёный. Я — великий эрудит и настоящий искатель истины. Василий Степанович коллекционировал диковинные факты так же, как его помощник, Петруша, коллекционировал пыль на многочисленных полках книг особняка своего хозяина-работодателя. Рабочий кабинет Василия Степановича был настоящим хаосом из чучел различных птиц, заспиртованных рыб, развешенных всевозможных карт и бесчисленного количества книг, в том числе библиотечных, которые он всегда забывал возвращать. Однажды вечером, попивая кофе и перекусывая овсяным печеньем, Василий Степанович наткнулся на вопрос, который перевернул весь его мир с ног на голову.

Если бы у Василия Степановича Чудакова спросили, является ли он учёным, то он, выпятив грудь и поправив свой яркий галстук, однозначно ответил бы: — Я не просто учёный. Я — великий эрудит и настоящий искатель истины. Василий Степанович коллекционировал диковинные факты так же, как его помощник, Петруша, коллекционировал пыль на многочисленных полках книг особняка своего хозяина-работодателя. Рабочий кабинет Василия Степановича был настоящим хаосом из чучел различных птиц, заспиртованных рыб, развешенных всевозможных карт и бесчисленного количества книг, в том числе библиотечных, которые он всегда забывал возвращать. Однажды вечером, попивая кофе и перекусывая овсяным печеньем, Василий Степанович наткнулся на вопрос, который перевернул весь его мир с ног на голову.

ожерелье. Волшебное. Не бойся, денег не возьму, — сказал, доставая из-за пазухи что-то похожее на разноцветные бусы.

Санкт-Петербурга, там, где каменные громады расступаются, уступая место царству зверей и птиц, творится своя, особая, жизнь. Жизнь, полная завораживающих страстей и интриг. Почтенные горожане и восторженные туристы, прохаживаясь мимо вольеров, даже не подозревают о том, что за безмятежными фасадами скрываются настоящие драмы, комедии и даже целые эпопеи олимпийского масштаба.

Санкт-Петербурга, там, где каменные громады расступаются, уступая место царству зверей и птиц, творится своя, особая, жизнь. Жизнь, полная завораживающих страстей и интриг. Почтенные горожане и восторженные туристы, прохаживаясь мимо вольеров, даже не подозревают о том, что за безмятежными фасадами скрываются настоящие драмы, комедии и даже целые эпопеи олимпийского масштаба.

сказочная фантазия «Сосновая змейка». Эти удивительные события произошли так давно, что лишь всемирные воды да странствующие ветры помнят о них. Проливаются те воды дождями, поят земную растительность и передают ей истории давних лет. Но не все растения разговорчивы.

сказочная фантазия «Сосновая змейка». Эти удивительные события произошли так давно, что лишь всемирные воды да странствующие ветры помнят о них. Проливаются те воды дождями, поят земную растительность и передают ей истории давних лет. Но не все растения разговорчивы.

всем знакомую «Сказку о рыбаке и рыбке» Александра Сергеевича Пушкина. Смыслов здесь… не один, а если как следует поискать, то и не два. Самый поверхностный — это, наверное, о том, что жадность до добра не доводит.

всем знакомую «Сказку о рыбаке и рыбке» Александра Сергеевича Пушкина. Смыслов здесь… не один, а если как следует поискать, то и не два. Самый поверхностный — это, наверное, о том, что жадность до добра не доводит.

Заяц. — А еще я линяю, — сообщил он и почесал лапками себе брюшко. — Зачем ты линяешь? — спросил Мишутка.